СТРУГАЦКИЕ, Аркадий Натанович (1925 - 1991) и Борис Натанович (р. 1933) - российские писатели. Братья. А. Н. - японист, Б. Н. - звездный астроном (Пулково). Авторы ряда утопий и антиутопий, написанных в единственно возможном в СССР в 1960-1980-х жанре "научной фантастики". Тираж книг С. в СССР к концу 1980-х превысил один миллион, а количество зарубежных изданий превзошло 300. Основные произведения: "Извне" (1958), "Страна багровых туч" (1959), "Путь на Амальтею" (1960), "Стажеры" (1962), "Полдень, XXII век" (1962), "Попытка к бегству" (1962), "Далекая радуга" (1963), "Трудно быть богом" (1964), "Хищные вещи века" (1965), "Понедельник начинается в субботу" (1965), "Сказка о Тройке" (1968 - сильно сокращенная версия, 1987), "Улитка на склоне" (1966, 1968) "Второе нашествие марсиан: записки здравомыслящего" (!967), "Отель "У погибшего Альпиниста" (1970), "Обитаемый остров" (написан в 1968), "Пикник на обочине" (1972), "Парень из преисподней" (1974), "За миллиард лет до конца света" (1976), "Повесть о дружбе и недружбе" (1980), "Град обреченный" (1988, 1989), "Хромая судьба" (1986, 1987), "Жук в муравейнике" (написан в 1979), "Волны гасят ветер" (написан в 1984), "Отягощенные злом" (1988), "Жиды города Питера или невеселые беседы при свечах" (1990) и др. Большинство сюжетов книг С. было посвящено проблематике не столько установления контакта с внеземными гуманоидными сообществами, сколько рассмотрению вопроса о допустимости и оправданности вмешательства либо невмешательства в естественную эволюцию цивилизаций любых типов. С. не только жестко обозначили всю неоднозначность возможных последствий подобных социальных экспериментов, но и особо отметили те сложнейшие и трагичные общественно-нравственные коллизии, которые неизбежно сопряжены с деятельностью исполнителей этих процедур - "прогрессоров". Убежденность С. в пагубности конформизма, а также редуцирования духовности к стандартизированному потреблению препарированных властью идей дополнялась ими акцентированно деидеологизированными размышлениями о характере природно-социальных закономерностей, их нелинейности и ассимметричности, о неправомерности их объяснения посредством одной концептуальной описательной схемы. Особую значимость имеют предположения С. о потенциальном облике социальной структуры цивилизаций, оказавшихся в состоянии управлять не только направленностью, но и темпами собственных изменений. Обозначая такой тип социума самыми разнообразными рабочими определениями, С. не только высказали ряд предположений о принципиальной невозможности их существования вне контекста перманентной геополитической и "геокосмической" агрессивной экспансии, но и постулировали необходимость создания в их рамках сопряженных механизмов социального контроля, неумолимых в своем принципиальном имморализме и негуманизме. С. сформулировали идею о возможности существования "действительного" (в гегелевском смысле) общества будущего (мир "Островной империи") исключительно как совокупности ряда концентрически выстроенных, самодостаточных и замкнутых общественных страт, включающих в себя людей одного социального типа. Распределение индивидов (каждый из которых в любом качестве остается полноправным и уважаемым гражданином всего социума в целом) по иерархии этих слоев осуществляется принципиально безличными и предельно жесткими управленческими структурами. Диапазон базовых типов личности, репрезентирующих полный спектр каст общества в целом, варьируется от прирожденных, подлинных преступников, палачей, убийц, садистов (периферийный слой - слой, "контактирующий" с внешним миром) - до высоконравственных, дружелюбных интеллектуалов и "аристократов духа", образующих "мини-социум", где оказался наконец в состоянии восторжествовать гуманизм во всех его проявлениях. Данная модель может трактоваться как своеобычное полемическое преодоление и творческая переработка предшествующей политолого-социологической традиции (как коммунистического, так и либерального толка). Статус данной прогностической социально-философской схемы С. в современной культуре потенциально сопоставим с платоновской моделью государства в культуре традиционной. Творчество С. сыграло заметную роль в формировании массового инакомыслия в среде интеллигенции СССР 1970-1980-х.

А. А. Грицанов.

(Статья взята из: Новейший философский словарь/Сост. А. А. Грицанов. - Минск: Изд. В. М. Скакун, 1998. - С. 685 - 686.)

Здравствуйте, уважаемый Антон! Хорошо, что Вы вернулись.

Поскольку А.А.Грицанов упоминает "Государство" Платона, я должен вкратце о рассказать об этом замечательном труде. Когда я дочитал его и сидел, что называется, под впечатлением, у меня нашлось всего две мысли: "До чего же красивой, необыкновенно красивой может быть обычная человеческая логика!", и "До какой же степени логика, несмотря на алмазную убедительность, способна расходиться с реальностью!". Всем рекомендую прочесть, дабы ощутить сказанное как никогда явно. Не пожалеете. Действительно красивая вещь...

Излагать вкратце этот объемистый труд, даже имея его в руках, довольно трудно, а я спешу сделать это по памяти, навскидку. Я далеко не уверен, что те положения, которые я буду рассматривать в качестве основных, действительно являются основными. Разные читатели способны выбрать в "Государстве" разные оси вращения. Так что я составляю свою записку в основном с целью рекламы.

Итак, вот главные (?) тезисы Платона:
1. Государство не должно быть слишком большим. Иначе в системе управления возникнут разнообразные субструктуры (наместничества и проч.), существование которых будет угрожать единству государства. В "Законах", являющихся как бы приложением к "Государству", Платон даже назвал оптимальную численность населения - 5040. Он мотивировал это тем, что данное число наиболее удобно, когда приходится делить людей на равные группы, проводя различные мероприятия.
(Кстати, численность населения в 5 тыс. человек была обычной для эллинистического города-государства, из чего следует, что утопия Платона имеет, как и многие другие, заметную национальную окраску!)
2. Помимо сословия ремесленников и земледельцев, в государстве должно быть сословие так наз. стражей - людей, наиболее пригодных к управлению государством по своим природным задаткам, воспитанию, образованию и склонностям. Приводится умозрительный диалог Сократа с Фразимахом. Фразимах: "Справедливо то, что полезно сильным!" Сократ: "Справедливость - это когда каждый исполняет работу, которую он хочет и может делать лучше других."
3. Сословие стражей воспроизводится в основном засчет детей стражей. Но, если в сословии ремесленников родился ребенок, проявивший себя как возможный страж, он отбирается у матери и передается воспитателям сословия стражей. А если кто-то из воспитуемых ленив, нерадив и др., он исключается из сословия стражей, также передается другому сословию.
4. Самый главный принцип: в обмен на привилегию править страж не должен владеть никаким имуществом. Иначе он будет заботиться не только (и даже не столько) о благе вверенного ему государства, сколько о собственном хозяйстве. Все необходимое - пища, одежда, жилье и др. - доставляется стражам сословиями ремесленников и земледельцев. Тем самым последние оплачивают хорошее управление государством, но могут и не делать этого, если сочтут, что управление ухудшилось. Сами ремесленники и земледельцы могут обладать личным имуществом, хозяйством и богатством, т.е. собственностью.
5. Сословие стражей делится на две категории - воины и философы. Воины - молодые люди, крепкие телом, но еще не обладающие большим опытом в искусстве управления - борются с врагами государства, как внутренними, так и внешними. (Ремесленники и земледельцы от воинской повинности освобождены!) По мере того, как воин становится старше, утрачивает молодость и гибкость тела, но глубже проникает в истинную суть вещей с помощью философии, он становится подлинным правителем. Видя истинную суть вещей, он способен править государством так искусно, как это не сделал бы ни молодой воин, ни ремесленник. Пожилые стражи-философы пребывают в согласии друг с другом, так как истинная суть вещей для всех одинакова.
6. Поэтам и трагикам запрещается воспевать раздоры между языческими божествами - Зевсом, Герой, Афиной и др. Ибо боги способны пребывать в еще большем согласии, чем люди! Если же поэты не выполнят этого правила, они должны быть изгнаны из государства.

Многое и многое я опустил, а кое-что просто забыл. Но уже на основании сказанного мне хотелось бы возразить тем бездарным журналистам, которые называли СССР воплощением платоновского государства, едва ли взяв на себя труд ознакомиться с последним. Во-первых, СССР занимал громадную площадь и имел в системе управления множество подструктур - как региональных, так и партийных (неувязка с п.1). Во-вторых, "стражи" СССР не отолько обладали личным имуществом, но и были гораздо богаче "ремесленников и земледельцев" (неувязка с п.4.) В третьих, последние привлекались к воинской службе (неувязка с п.5). В общем, почти все с ног на голову!
Если уж искать для платоновского государства какую-то иллюстрацию, практическую или художественную, то на эту роль лучше всего подходит... "Судья Дредд" режиссера Дэнни Кэннона, с С.Сталлоне в главной роли. Невзирая на то, что речь идет о футуристическом варианте, о классической фантастике. Почему?
- Сословие судей ("полицейских, присяжных и палачей в одном лице") аналогично сословию платоновских стажей. Профессиональные судьи противостоят всем врагам государства, внешним и внутренним. Большинство из них не доживает до преклонных лет, гибнет на улицах. Немногие из тех, что доживают, осуществляют общее законотворчество и высшее управление.
- Судьи больше заинтересованы в порядке, чем в личном достатке. Все их имущество состоит из пуленепробиваемых доспехов, оружия и авиамотоцикла, и ничто другое в фильме не фигурирует.
- Все государство укладывается в рамки одного города. Хотя здесь речь идет уже о громадном мегаполисе, первое условие, тем не менее, выполняется.

И еще одно замечание напоследок. Все-таки мне кажется, что сравнение мира Островной Империи с платоновской моделью не совсем правомерно. Хотя этот мир известен нам не в деталях, а лишь в самых общих чертах, возражения можно найти. Ведь в ОО с врагами государства сражаются не лучшие люди и не правители, а последние подонки, находящиеся в явном подчинении у лучших представителей... Кроме того, круги ОО не являются сословиями в привычном нам смысле слова, т.к. подразумевают, по-видимому, территориальное размежевание.

С уважением ко всем,
Юрий

Да-а-а, статья…:(

Если бы в начале не было написано, что о Стругацких, так и не догадался бы. Какие-то писатели, исследующие «потенциальный облик социальной структуры цивилизаций, оказавшихся в состоянии управлять не только направленностью, но и темпами собственных изменений» и предающиеся «акцентированно деидеологизированным размышлениям о характере природно-социальных закономерностей, их нелинейности и ассимметричности, о неправомерности их объяснения посредством одной концептуальной описательной схемы». К нашему миру их творчество явно никакого отношения не имеет.

Половина статьи – изложение так и не написанного романа, зато ПП не упомянут вовсе.

Если у г-на А.А.Грицанова весь словарь составлен в том же духе, то мое сочувствие его читателям.

Дмитрий Ниткин

Уважаемый Дмитрий! Словарь, собственно, философский. Так что статья нисколько не странная :). Если считаете, что чего-то не хватает - изложите (обращаюсь ко всем).

Уважаемому Юрию. Сравниваются не модели, а их статус в культуре.

И вопросик по статье. Наверное, уважаемому Антону :). Что значит ""действительное"(в гегелевском смысле) общество"?

Маргарита :)

Уважаемая Маргарита, мое почтение.

> Что значит ""действительное"(в гегелевском смысле) общество"?

Понятия не имею. Если интересно - попробую посмотреть в том же словаре. "Ждите ответа".

С уважением,
А. С.

"Всеразумное-действительно, все действительное - разумно". Гегель.

И вот на экзамене по математике спросили меня,
что такое квадратный многочлен. А я, Петька,
не только не знаю, что это такое, но и представить себе не могу…

Уважаемая Маргарита!

Возможно, у истинного философа данная статья не вызвала бы недоумения. Что касается меня, то я оказываюсь в затруднении, когда встречаю выражения типа «асимметричность закономерности», поскольку даже симметричную закономерность не могу себе представить. По-видимому, плохой из меня читатель философских словарей. Соответственно, и писать статьи туда не буду пытаться, знаю, что не получится.

Искренне Ваш,
Дмитрий Ниткин

Похоже, что тема "АБС в философском словаре" безнадёжно завяла, поэтому обращаться вроде не к кому :-). Тем не менее, считаю своим долгом внести свое, пусть даже ничего не значащее, слово, в назидание потомкам, так сказать.

Статья конечно интересная, но действительно немоного не о том. А именно: за вязкими, трудночитаемыми (и трудновоображаемыми) терминами ничего не стоит. То есть если за всеми длинными словами в этой короткой статье просматривался некий слысл, опущенный в статье, скажем для экономии места, то ещё было бы терпимо. Но смысла такового увы,не прощупывается, по крайней мере про первом чтении.

Это во-первых, а во-вторых, в статье не просматривается особенных отношений к философии или скорее к философиям. Да, вскользь упоминаются Платон и Гегель, но толку от этого, опять-таки не особенно много. Ну и много тем не затронуто. По моему автор статьи плоховато сделал "домашнюю работу".

В оправдание автора, правда, можно сказать, что это во-первых словарь, во-вторых философский (что и было уже сказано здесь Маргаритой). Ну и кроме всего прочего такие статейки надобно перечитывать раз пять, чтобы доехать до общего смысла. Вот этим я сейчас пожалуй и займусь...

К.

СТРУГАЦКИЕ, Аркадий Натанович (1925 - 1991) и Борис Натанович (р. 1933) - российские писатели. Братья. А. Н. - японист, Б. Н. - звездный астроном (Пулково). Фантасты, ибо иначе церез цензуру бы не пробились. Тираж книг С. в СССР к концу 1980-х превысил один миллион, а количество зарубежных изданий превзошло 300. Основные произведения: "Извне" (1958), "Страна багровых туч" (1959), "Путь на Амальтею" (1960), "Стажеры" (1962), "Полдень, XXII век" (1962), "Попытка к бегству" (1962), "Далекая радуга" (1963), "Трудно быть богом" (1964), "Хищные вещи века" (1965), "Понедельник начинается в субботу" (1965), "Сказка о Тройке" (1968 - сильно сокращенная версия, 1987), "Улитка на склоне" (1966, 1968) "Второе нашествие марсиан: записки здравомыслящего" (!967), "Отель "У погибшего Альпиниста" (1970), "Обитаемый остров" (написан в 1968), "Пикник на обочине" (1972), "Парень из преисподней" (1974), "За миллиард лет до конца света" (1976), "Повесть о дружбе и недружбе" (1980), "Град обреченный" (1988, 1989), "Хромая судьба" (1986, 1987), "Жук в муравейнике" (написан в 1979), "Волны гасят ветер" (написан в 1984), "Отягощенные злом" (1988), "Жиды города Питера или невеселые беседы при свечах" (1990) и др. Ситуация контакта с другими цивилизациями у АБС - антураж. На самом деле интересуются вопросами вмешательства в историю и его последствий (в т. ч. для прогрессоров). Принципиальные противники как навязывания государством схем мышления, так и принятия индивидами этих схем. Посему сыграли роль в возникновении массового инакомыслия в СССР 70-х годов. Описали общество "вертикального прогресса", непрерывной экспансии [МП. - А. С.]. Описали [собирались. - А. С.] максимально жестко структурированное общество Островной империи, похожее на модель государства Платона.

Все. Список произведений занимает большую часть. Этические проблемы не упомянуты. Интересно, на какие источники автор опирался? Или для истории философии творчество АБС действительно важно только этим? Не верю.

С большим уважением ко всем продравшимся через оригинал, А. С.

P. S. Самое интересное, что словарь-то хороший. Я им пользуюсь вместо пропущенных лекций по философии - пока вполне помогает. Оттуда бы лишние термины убрать. Где тут бритва Оккама? (Роется в столе. Занавес.)

Браво, уважаемый Антон!

Илья

Итак можно в итоге сказать, что заядлые Стругацкофилы статьёй в ФС остались не довольны. Есть, правда, статья в "Encylopedia of Science Fiction", John Clute, Peter Nichols (St.Martin's Griffin, New York, 1995), там материала больше и в общем всё правильно. Там АБС посвящено более страницы текста (чего и следовало ожидать от энциклопедии НФ) поэтому сейчас перепечатывать не стану, но тем не менее...

Всем привет,

К.